Попался в руки любопытный сборник краеведческих статей Пезанпроба (Переславль-Залесского Научно-Просветительного Общества), выпуск 4, за 1919 год... Вот так вот, страна полыхала в огне войны, ВСЮР в рамках Московской директивы Антона Ивановича, рвались к столице, Северо-Западная армия генерала-майора Родзянко уверенно шла к Северной Пальмире, а в дремотном Залесье статьи публиковали... и какие статьи - «Старые Боги»!
Традиционно, но без фанатизма, посетовав на исконную неграмотность и темноту русского народа, в основном сохранившего языческие верования и фетишизм до сих дней, автор статьи, краевед М.И. Смирнов, пишет:
«Корни его надо искать в глубине времён, когда наши прадеды были настоящими поклонниками деревьев, камней, амулетов, талисманов и прочего. Оставаясь в течение веков неграмотным и тёмным, русский народ бессознательно сохранил в своих религиозных представлениях и действиях языческие понятия и остаётся с ними по настоящее время, хотя нужно сказать, революция посмыла довольно многое в этом отношении.
Не так давно можно было наблюдать, а может быть, существует и теперь в Переславском уезде факт жертвоприношения камню. В Берендеевом болоте есть вблизи Волчьих гор в пустоши Гридина Городица синий камень, или, как уверяют, каменная баба. Бабу эту решено было при постройке каменной церкви в селе Лаврове взять для фундамента, но вследствие большой тяжести увезти не удалось; тем не менее, будто бы при наваливании на подводу опрокинули её и часть отбилась. С тех пор, а было это лет 60 - 70 тому назад, виден только синий камень, один из множества валунов, принесённых в наш край в ледниковый период, ничем не напоминающий форму бабы. Несмотря на это, народ по-прежнему зовёт её синей или каменной бабой и чтит её совсем не простым камнем. Деревенские бабы, чтобы не заблудиться, когда собирают клюкву в Берендеевом болоте, кладут перед камнем ягоды и, выворотивши наизнанку платье, задом уходят от неё; бывают будто бы приношения сюда и по другим поводам, так чтов ременами там можно находить, кроме ягод, и хлеб. Подобное же было в самом Переславле-Залесском до начала XVII в.
Бысть во граде Переславле камень за Борисом и Глебом в бояраку, в нём же вселися демон, мечты творя и привлагая к себе ис Переаславля людей: мужей и жён и детей
ихи разсевая сердца в праздник великихве рховныхап остолов Петра и Павла.
И они слушаху его и к нему стекахуся из году в год и творяху ему почесть.
Это было рядом с Борисоглебским монастырём, основанным вблизи языческого мольбища ещё во времена города Клещина, следовательно, до половины XII века. Камень этот был изъят Иринархом Ростовским, по его приказанию зарыл его в землю дьякон Семёновской церкви Ануфрий, болевший лихорадкой. За свой подвиг он исцелился от этого недуга, но зато нажил врагов в лице почитателей камня, среди которых были не только миряне, но и иереи».
Интересен отмеченный факт почитания языческой святыни христианскими иереями.
«...сваленный и зарытый в землю, постепенно под влиянием дождей он снова мало-помалу оказался наружи. И в таком виде лежал много лет, не возбуждая к себе, однако, того почёта, которым пользовался раньше. Когда в конце XVIII ст. (а именно в 1788 г.) приступили к постройке Духовской церкви, то решили воспользоваться этим камнем в качестве материала для церковного фундамента.
Спустив бывшего бога с горы на озеро зимою, повезли его по льду. Так как камень очень массивен и весит около 250 пудов [4,1 т], то лёд под ним не выдержал, и камень утонул на глубине двух аршин [1,3 м]. Через несколько лет он был на сухом берегу Переславского озера около Александровой горы, и по этому поводу в 1850 г. возникла любопытная полемика на страницах «Владимирских Губернских Ведомостей».
Синь-камень и по сей день лежит на берегу Плещеева озера привлекая и исцеляя людей. А цитируемая статья оканчивается мудрой фразой:
«Кумир поверженный - всё бог». И живучесть грубого язычества, наблюдаемого теперь в Переславском краю, как бы иллюстрирует эти слова поэта. Старые боги умерли здесь лишь номинально...»
